"Он - сильный, смелый, он колет для меня орехи и мне его жалко!"

По легенде, семилетняя девочка Мари, дочь друга Гофмана, именно так ответила на вопрос о том, почему всем чудесным игрушкам она предпочитает уродливого деревянного Щелкунчика. Гофман был поражен взрослым женским подходом к определению мужских достоинств, и написал сказку, ставшую для европейцев и русских одним из символов Рождества.

Маленькая Мари (если только эту фразу не придумал сам гениальный Гофман) соединила в одном предложении все, за что можно принять и полюбить другого человека. Что нам успех, если совсем не за что пожалеть? Герои-мачо с постоянной готовностью померяться с кем угодно чем угодно нравятся только юным девочкам и задержавшимся в периоде инфантилизма дамам. Но и слабые никому не нужны.
Можно жалеть поступками, без сюсюканья "Ах ты мой горемычный, почему сволочи-начальники не дают тебе повышения". Или "вот сука бывшая жена, оставила тебя без квартиры, ой-вавооооой, а тут еще и геморрой". Да закажи ты ему очередь к врачу! Да поживи месяц-другой без его зарплаты, пока он другую работу ищет! И приготовь, наконец, что-нибудь пожрать, салатиками даже педики в трауре сыты не бывают, они тоже борща и мяса хотят.
И "уметь делать" мужчина хоть что-нибудь должен. В моем случае - что-нибудь недоступное моему уму, тогда уважение и восхищение будут безграничны.

Вот такие мы, женщины. Исключительно по моему (и Гофмана, а это не хухры-мухры) субъективному мнению.

Есть женщины в русских селеньях,
Которым порой не везет:
То кто-то коня не привяжет,
То кто-то избу подожжет...

Идут они той же дорогой,
Какой весь народ наш идет.
Но где же на этой тропинке
Приличный мужик ее ждет?